Андрофилы — партизаны плоти

АндрофилыПоследние исследования в области супружеских измен показали, что чаще всего «романы на стороне» заводили мужья, а жены оказывались в роли жертв. Большинство «изменщиков» к собственным подвигам относятся неоднозначно и даже противоречиво. С одной стороны, «романы» повышают их самооценку и дарят чувственные радости. С другой — жен они жалеют, понимая, какую обиду им наносят. С возрастом сочувствия к женам становится больше, а интереса к посторонним женщинам и стремления к самоутверждению меньше. Прежние, не столь уж верные мужья превращаются в образцы привязанности и заботливости.

Но есть особая категория мужчин, для которых сексуальная неверность является чем-то совершенно обязательным, внутренне необходимым, и никакие обстоятельства: угроза распада семьи, риск для карьеры и тому подобное — не могут заставить их ограничить свою сексуальную жизнь одной женщиной, даже в тридцать пять лет, даже в сорок пять. Как будто могучая, неведомая пружина толкает их в объятия все новых и новых женщин, заставляет забывать о жене и детях, тратить силы, время и деньги — все ради нескольких половых актов с новой подругой, десятой или двадцатой по счету.

Особенно поражает их отношение к женам. Мужчины этой категории исправно приносят домой зарплату, в семье вполне милы и доброжелательны, жен не оскорбляют и не скандалят, но упорно и систематически их обманывают. За спиной у жен ведут они собственную личную жизнь или собственную маленькую войну. Больше всего они похожи на партизан, днем ничем не отличающихся от обычных крестьян, ночью достающих из подвалов автоматы и взрывчатку, пускающих под откос поезда армии противника, нападающих на его посты. Именно так, как солдат армии противника, которых можно и нужно обманывать, дезориентировать, но не подчиняться им, воспринимают они тех, кто, казалось бы, должен быть самым дорогим и близким человеком — собственных жен.

Спутницы «неисправимых изменщиков» изо всех сил пытаются превратить их в нормальных людей, взывают к их порядочности, к чувству долга, к здравому смыслу. Но все их попытки тщетны, и несчастные жены постепенно приходят к мысли, что это в них самих скрыт какой-то серьезный дефект, что они неполноценные женщины. А мысли эти — прямая дорога к неврозу. Особенно сбивает их с толку то обстоятельство, что «партизанство» мужей затрагивает, как правило, лишь сексуальную сферу. Во всем остальном они ведут себя как нормальные люди: доброжелательны, участвуют в домашних делах, не капризны и не сварливы. Но вот что касается сексуальной свободы…

К примеру, тридцатипятилетний Виктор, придя в кабинет психотерапевта тайком от жены, говорил: «Я не собираюсь ограничиться одной женщиной, даже такой замечательной, как моя жена. Семью я обеспечиваю, с сыном занимаюсь, если и не ночую дома, то крайне редко. Бывает, что возвращаюсь поздно не только из-за работы. Увлекаюсь женщинами, как каждый нормальный мужчина. В сексуальном плане Наташа удовлетворена, любая жена ей позавидует. Сделайте с ней что-нибудь!»

Между тем, «сделать что-нибудь» надо бы с самим Виктором. Он глубоко убежден, что многочисленные сексуальные связи и есть наиглавнейший признак настоящего мужчины. А быть мужчиной на все сто процентов, мужчиной, а не просто достойным человеком, составляло основу его характера. Виктор так сторонился любых проявлений привязанности, мягкости, нежности, будто обладание чертами, даже отдаленно напоминающими женские, жуткий позор, падение в пропасть.

Постоянное подчеркивание собственной мужественности, принадлежности к сильному полу свойственно большинству мужчин. Женщины в целом проблемой собственного пола озабочены гораздо меньше. Чего только мужчины не делают, чтобы казаться мужественнее: и мускулы накачивают, и нецензурными словами выражаются, и под ноги сплевывают, и агрессивность свою на каждом шагу демонстрируют, и переживания свои скрывают, а ласку и нежность прячут так, что многие их подруги даже не догадываются о них. Психологи уже давно разгадали эту загадку одержимости мужественностью: мальчики начинают свой жизненный путь в женском окружении, среди мам, бабушек, воспитательниц. От этого чувство принадлежности к мужскому полу у них хрупкое, неустойчивое, ведь в мужское сообщество они перешли только лет с пяти-шести, но от женского оторвались лишь частично. Поэтому они доказывают окружающим, что по-настоящему мужественные, суровые и с этими мягко характерными существами в юбках ничего общего у них нет. Доказывают они это тысяча и одним способом, но все они сводятся к двум: мужественность доказывается либо успехами и достижениями в профессиональной сфере, либо сексуальными победами над женщинами.

Виктор принадлежит именно к той когорте мужчин, которые выбрали для себя второй путь. Выбрали, конечно же, бессознательно: жизненные сценарии складываются еще в детстве. Но вот идут они по этому пути, как правило, целеустремленно, не сворачивая с него ни на шаг, не поддаваясь слезам жен и матерей, не считаясь с переживаниями детей. Да и горестные чувства любовниц, с которыми они периодически расстаются ради новых сексуальных «побед», их не волнуют, ведь женщины для них, в сущности, не вполне люди, а некие существа, которых они используют для самоутверждения, для достижения душевного комфорта. Несмотря на всю внешнюю дружелюбность с женщинами, они не считаются с чувствами «слабого» пола, не признают верности и обязательств в сексуальной сфере. Многие внешне грубоватые мужчины относятся к сводим подругам гораздо человечнее, чем эти милые и приятные «любители мужества».

Андрофилы (поклонники мужественности в таком ее обличье) никогда не позволяют себе столь недостойно вести себя с друзьями и приятелями своего пола. Друга они не обманут, делать что-либо за его спиной не станут, товарищу придут на помощь. А с женщинами они проворачивают все эти обманы с детской беспечностью и юношеской увлеченностью.

Особенно поражает в сексуальных партизанах их глубокая убежденность, что только они настоящие мужчины, что только бесконечные победы над женщинами есть настоящая мужская жизнь. С удивительной наивностью они полагают, что другие джентльмены женщинами не увлекаются лишь потому, что недостаточно сексуальны, боятся женщин или не умеют с ними обращаться, то есть их соблазнять (другого обращения с женщинами они не признают). По их мнению, будь другие мужчины посмелее, они вели бы себя так же. Но они не могут, хотя сами мечтают о таком «свободном» образе жизни и завидуют их партизанским набегам на женщин. Мысль, что не робость перед женщинами, не недостаточная сексуальность, а эмоциональная привязанность к женам, любовь к детям, профессиональная занятость не позволяют тридцати-сорокалетним мужчинам пуститься в сексуальные приключения, никогда не приходит в голову андрофилам. Для них самих считаться с чувствами жены — унижение, хоть в чем-то жене подчиниться — поражение. Так уж сформировался их характер, что мужественность для них — это неподчинение женщине, бунт против нее. А бунт в сочетании с ловким обманом — это праздник души для андрофила.

Обманывать, иметь от жены секреты — это непременное условие жизни андрофила. Если тайная связь такого «партизана» перестает быть секретом, он теряет к ней интерес, ведь именно обман придает ему чувство превосходства над женой, ощущение независимости от нее.

Бесконечные романы с женщинами нужны андрофилам не ради чувственных наслаждений, а чтобы доказать окружающим свою принадлежность к «сильной половине». Но человек не может обманывать себя и других до бесконечности. Постепенно сами «сексуальные партизаны», их друзья и близкие начинают замечать свое отставание в профессиональной и социальной сфере. Да и отношения в семье, которые к тридцати пяти-сорока годам должны бы стабилизироваться, остаются конфликтными и проблемными, нет взаимопонимания с детьми. Критерии мужественности только в подростковом возрасте сводятся к сексуальным победам, в зрелом возрасте эти критерии совсем иные, а андрофилы этим критериям не соответствуют. Окружающие начинают относиться к ним с недоверием и без уважения, а на каком-то этапе не замечать этого уже нельзя.

Вот тогда и обращаются они к психотерапевтам: «Помогите изменить образ жизни, избавьте от этой пагубной страсти к женщинам!» Иногда они делают это под давлением жен, но нередко и сами, по собственной инициативе. Помочь андрофилам далеко не просто: прямые призывы отказаться от сексуальных набегов и заняться взрослыми делами, конечно же, никакого эффекта не окажут. Корни андрофилии глубоко в детстве, в тех далеких годах, когда формировался сценарий «истинно мужского» поведения, «истинно мужской» жизни. У андрофилов сценарий этот сформировался неправильно, часто даже уродливо, поэтому требуется ни один месяц, чтобы его изменить. Чем раньше произойдет встреча такого «партизана» с психотерапевтом, тем успешнее будет помощь.




Метки:  | Автор:   ©
Дата публикации: 12.07.2016